ФОРУМ ДЛЯ ТЕХ, КТО ЛЮБИТ ХОРОШИЕ ДЕТСКИЕ КНИЖКИ

ДЕТСКАЯ ЛИТЕРАТУРА

Объявление

Книги Игоря Карде и Игоря Градова можно приобрести в издательстве "Априори-пресс" или заказать с доставкой по Москве. aprioripress.ru Тел. 8-903-198-18-58

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



День идиота

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

ДЕНЬ ИДИОТА

Работа журналиста очень похожа на работу ассенизатора – так же часто имеешь дело с дерьмом. Эта мысль всякий раз посещает меня, когда я переступаю порог родной редакции. Вот и сегодня утром планерка началась с этого самого слова.
- Дерьмо! - сочно резюмировал Главный, пролистывая очередной номер нашей виртуалки.
Он ловко переворачивал пальчиками мерцающие странички, бегло просматривал статьи, вызывал и убирал ролики, приближал голограммы, и его круглое лицо с холеной бородкой «а-ля доктор Чехов» недовольно кривилось.
- За что я только вам деньги плачу? – презрительно изрекал шеф, тыкая в очередную вирт-статью. – Что за убожество, никакой выдумки и фантазии! Примитив! Почему никто не пишет про Витюшу и его любовь к мальчикам? Что значит – факты не подтвердились? Насрать мне на факты! Сколько раз вам, уродам, повторять: факты – это то, что я говорю, а не то, что существует в какой-то гребаной реальности. Мне она параллельна, эта ваша реальность, у меня своя есть. И у вас, кстати, тоже, пока вы на меня работаете. Сказано – пишите, значит, пишите! Сочиняйте, врите – без разницы. Мне абстрактно, что у него десять лет как ничего не шевелится. Надо будет (палец вверх), зашевелится. У всех. Даже у тех, у кого шевелилки давно уже нет.
Главный многозначительно посмотрел на Вареньку, которая еще совсем недавно была Ванечкой. До операции… Та сделала вид, что намека не поняла, и скромно опустила глазки. Варечку у нас любят, она считается главным специалистом по валютам, и к ней обращаются всякий раз, когда требуется узнать, не пора ли менять родные рубли на юани или империалы. Варечка щедро делится прогнозами, правда, они не всегда сбываются…
- А где дежурный по новостям? – продолжал Главный. – Опять нажрался и проспаться не может? Штраф на пять тысяч! Чем вы вообще на работе занимаетесь? Всех на хрен уволю!
Мы замерли и втянув головы в плечи. Расплачиваться за чужие ошибки не хотелось, а уж нарываться на штраф – тем более. Ну, подумаешь, накосячил, с кем не бывает! Это жизнь, детка. Все мы попадаем на бабки... Хорошо, что штрафы вычитают из наших зарплат в рублях, а не в империалах или юанях, а то бы совсем разорились…

0

2

Поорав минут пять, Главный успокаивается - дневной план выполнен, можно переходить к нормальной работе. Быстро раздав указания, сваливает на очередную политтусовку. Он, надо сказать, у нас большой общественный деятель, вхож даже в Кремль. Нет, конечно, в сам Дворец его не пускают – лицом, как говорится, не вышел, но в Канцелярии бывает, это точно. Говорят, что знаком даже с самим начальником Отдела информации г-ном Якубиным. И иногда пьет с ним вражеский «Хэнси». Вполне может быть: Станислав Валерьевич слывет человеком широких взглядов и привечает всех, даже нашего либерального Гусовского.
Это сейчас модно – быть либералом. Не забывая, конечно, кто в доме хозяин. Впрочем, забыть и не дадут – Третье управление Канцелярии бдит. Хотели бы взять нашего Гуся, давно бы взяли – инфы на него вагон и маленькая тележка, одни только грешки с выводом империалов в Китай чего стоят. Но не берут – нужен в нашей стране либерал, хоть один! Вот и допускают некое послабление в мыслях и либерализм во взглядах. Но без усугубления, конечно… 

Пока шла планерка, я привычно рассматривал кабинет Гуся. От скуки и чтобы немного скрасить минуты ожидания, пока нас, наконец, отпустят. Тогда можно будет бежать в буфет, чтобы припасть к спасительному роднику под названием «Посольская особая»…
О кабинете Гуся надо сказать особо. Его стены украшают головы кабанов, оленей, лосей и других зверушек, которых он убил лично. Охотник он, знаете ли, любит побаловаться с ружьишком. А в предбаннике стоит на задних лапах натуральный медведь, тоже им саморучно убиенный. Гусь каждый год ездит охотиться, а потом угощает нас мясом диких кабанов и уток. Каждому достается по кусочку. Мы давимся, но делаем вид, что вкусно…
Нас, своих журналистов, он тоже рассматривает как зверушек, которых можно время от времен отстреливать. Чуть что – пошел вон, на твое место другого возьму. И возьмет ведь – «Московская корреспондентка», где я тружусь, весьма популярна, и работать у нас хотят многие. Чем Гусь и пользуется: выжмет из человека все соки и выбросит на помойку. Свободен!

0

3

Я не раз порывался уйти в какое-нибудь другое, более спокойное место, но всякий раз оставался. Привык, знаете, к нашей чумной «МКушке», прикипел задом к родному стулу. К тому же много времени работа моя, как правило, не занимает - час, от силы полтора. Главное, успеть набросать статью и скинуть дежурному редактору – читай и засылай дальше. А сам в это время можешь заняться более приятными делами. Например, зависнуть в буфете. И не спеша смаковать коньячок с лимончиком. Или пить родную «Подьяческую», если денег совсем нет. 
Люди мы творческие, хочется иногда расслабиться... Отдых обычно длится до двух часов ночи, а потом все начинают расползаться. Те, кто ползти не может, засыпают прямо в редакции, на диванчике, поставленном в коридоре. Там даже плед имеется… С одной стороны, это удобно – не надо утром бежать на работу, а с другой – неизбежно возникают семейные проблемы. Не всякой жене нравится, когда ее благоверный не ночует дома…
…А утром, изрядно помятые, с красными глазами и небритыми мордами, мы стоим у буфета. Потом бросаемся к стойке и судорожно глотаем спасительную рюмочку. И дружно мчимся на планерку, где страдальчески глядим на нашего шефа и молча умоляем: «Будь человеком, отпусти, душа горит!» Но тот нас демонстративно игнорирует, более того, часто специально затягивает планерку. Садюга!

Сегодня я приполз на работу к обеду – имел полдня выходных. Быстро просмотрел новости, чтобы быть в курсе, и лениво включил комм. Только собрался что-то набросать, как ко мне подрулил Стас Баблов.
Он отвечает за новости, и все убийства, изнасилования, грабежи и разбои – его хлеб. Его ребята сидят за перегородкой от меня, и каждый день я слышу их звонкие, радостные голоса: «Где, вы говорите, нашли мертвое тело? Под забором? А сколько человек его изнасиловали? Пятеро? Очень хорошо! Расчленёнка была? Как – нет? Это плохо…» Чем больше трупов, тем интересней информация: ничто так не радует человека, как вид чужих страданий. «Наше дело - кровь и сперма», - любит повторять Стасик.
Он, несмотря на небольшой рост и хилую невзрачность, человек жесткий и решительный. И абсолютно беспринципный. А другой бы на его месте и не выжил – легко ли каждый день читать то гуано, что льется со страниц нашей виртуалки? И еще самому его производить? А ему все нипочем: спокойно разглядывает фото мертвых китайских мафиози в Бирюлево и недовольно морщит носик: «Картинка слабовата, да и крови мало. Ладно, сойдет, ставьте в третий блок, где у нас городские новости…»
- Ты в курсах, - начал Стасик, - что нам Гусь велел?
Я хмыкнул – еще бы! Хорошо, что не я вчера отвечал за новости, а то бы влетел на штраф. Пять тыщ! Да я могу неделю гулять! Поэтому просто кивнул – продолжай. Хотя уже знал, о чем пойдет речь. И не ошибся.
- Надо о Витюше что-нибудь написать, - вздохнул Стасик, - иначе Гусь с нас не слезет…
Я снова кивнул – конечно. Если шефу что-то втемяшится в голову, уже не выбьешь. Кажется, что ему Витюша, бывшая звезда «Секса на льду»? Давно отработанный материал. Но раз приказано…
И тут меня осенило: да ведь Витюша пролез в Думу и теперь пробивает закон о секс-рекламе! Вон оно что! Реклама вирт-борделей и дистант-секса занимает у нас чуть ли не половину бэк-блоков, принося немалый доход. Не будь ее… Даже страшно подумать. Ну, теперь все ясно.
  - Что надо делать? – осведомился я.
По опыту знаю – лучше сразу приняться за дело. Как говорится, раньше сядешь, раньше выйдешь. И будешь пить кофе с коньяком в буфете.
- Витюша прессуху дает, - продолжил Стасик - против многоженства. Типа, гаремы – это не наше, не российское, не исконное, надо бы запретить...
Я хмыкнул:
- Ну да, полстраны уже в исламе, а он о гаремах вспомнил. 
- Тренд сейчас такой, - пожал плечами Стас, - возвращение к корням. Традиционники рулят. Скоро мы все вышиванки и шаровары носить станем. Как те чудаки в Киевской губернии…
- Лучше уж валенки и косоворотки, - встряла в разговор Варенька, - так прикольней. А для девушек, – сарафаны с кокошниками и серебряные мониста, чтобы звенели и покачивались при ходьбе…
Варенька мечтательно закатила глазки, и тут меня осенило:
- Слушай, – сказал я Стасику, - давай я с Варюхой пойду. Она Витюшу отвлечет, а я в его порт-комм влезу. Может, чего-нибудь и надыбаю…
Стас критически осмотрел Вареньку: та выпятила грудные импланты и сложила пухлые губы трубочкой – как бы для поцелуя. Вышло очень ничего, даже сексуально. Да, ботокса в нее закачали немало…
- Витюша-то больше по мальчикам… - с сомнением покачал головой Стас.
- Пусть она его только отвлечет, - сказал я.
- Ладно, - кивнул Стасик, - делайте. Но чтоб информация была! Да не какая-нибудь, а на первый блок!
Варечка прыснула:
- Я юбочку покороче надену, чтобы Витюшу соблазнять...
- И чулочки в сеточку, - подсказал я, - это сейчас самый писк. Некоторые мужики прямо кончают их при виде. Правда, Витюша по иному профилю…

0

4

Через час мы загрузились в редакционный мобиль и покатили на прессуху. Варечка, как настоящая герл-транси, надела короткое черное платье с вырезом до пупа и чулочки в сеточку - по моему совету. Очень секси! Эх, не будь я таким упертым…
  Протолкнуться в центр оказалось проблемой – суббота, самый рабочий день. Но ничего, завтра же воскресенье, вот тогда и оторвусь по полной. Может, пойду на вирт-болл в Лужу, поболеть за наших (хотя, скорее всего, опять италам продуют) или по головизору новый хэнтай посмотрю, «Царь Салтан и сорок разбойников». Говорят, очень даже ничего. Только надо бы доставку из быстро-фуда дядюшки Ли заранее заказать, чтобы потом не отвлекаться. Моченые креветки с луком и под водочку - очень даже!
На Тверь-стрите от басов и тэксов было не протолкнуться, они даже второй уровень заняли, а выше то и дело проносились черные министерские аэробили: бронированные «волжары» и дорогие «тавры». Ах да, сегодня же присутственный день, все спешат в Кремль. У Владимира Владимировича Третьего память – как комм, всех своих чиновников по мордам знает, попробуй не прийти и не приложиться к ручке. Кирдык, сразу отправят куда-нибудь на Север, аборигенов дрючить. И хорошо еще, если на какую-нибудь приличную Чукотку, а не на полудикую Аляску…
Слава богу, я человек свободный, ни от кого не завишу... Ну, почти. Конечно, тоже приходится верноподданнические статьи писать, однако всего два раза в год – на Тезоименинство ВВ-Три и День его восшествия на престол. А так – твори, что хочешь. Меня даже лубянские госбезники не трогают и на Болоте публично не порют. Не то, что некоторых…
Варечка достала из клатча яркую помаду и начала мазать губы. На мой взгляд, на ней и так было много краски, но ведь кашу маслом не испортишь, не так ли? Пусть только Витюшу отвлечет… У меня есть хитрый прибор, чипсер, изделие северокорейских братьев... С его помощью я и влезу в Витин комм. И гляну, что там имеется.
Стасик прямо сказал мне:
- Сделаешь все нормально, добудешь инфу, тыщу тебе выпишу.
- Юаней? – уточнил я.
- Ну не гринов же! – скривился Стасик. – Ты бы еще про еврики вспомнил.
Действительно, кому они нужны, эти еврики, на них сейчас ничего не купишь. Не то, что на наши рубли или империалы. А тысяча юаней – очень хорошие деньги, ради них можно и постараться...
Наконец мы прибыли в Пресня-Сити, построенном на месте какой-то старой метро-стэйшн. В холлах было не протолкнуться: одновременно шли три прессухи, и журналистов набилось, как сельдей в банку. Один популярный политик рассуждал об ограничении хождения в Великороссии и Союзных республиках иностранных денег (это про юани, надо срочно покупать), другой вещал про вред транс-браков (а Варечка как раз замуж собралась), наш же Витюша говорил про запрет многоженства. Типа, возвращаемся к корням, к русской семье... Четко он традиционником заделался, стал святее самого Председателя Священного Синода!
Мы нашли зал, где выступает Витюша, уселись в первом ряду. Варечка – чтобы ее лучше было видно, я – чтобы легче скачивать. Радиус действия у чипсера весьма ограниченный… Витюща прибыл весь из себя – в дорогущем ярко-синем блезере и белых портах, а над кармашком фирменной сорочки ненавязчиво золотилась вышивка - «ГД». Думец, значит. Справа и слева от него встали «шкафы» – в темно-васильковых френчах и широких галифе с лампасами. На фуражках – малиновые канты. Охранное управление. Да, вырос наш Витюша, раз ему такая честь...

0

5

Журналисты расселись по местам, включили коммы, начали запись. Витюша вещал про традиционные ценности и все такое прочее. Тут я вспомнил его предвыборный слоган: «Каждой бабе – по мужику». И решил: да, Витюша модный тренд поймал…
Одиноких женщин у нас много, и каждой хочется иметь мужа. И чтобы ни с кем не делиться! Особенно с этими смазливыми муслимками из Средней Азии, коих у нас развелось сейчас множество. Отсюда и гаремы. А нашим бабам очень обидно – почему они должны быть на вторых-третьих ролях? Вот на этом Витюша в Думу и влез... И решил пойти дальше – пробивать закон о запрете рекламы вирт-борделей и дистант-секса. Пусть, мол, мужики в реале с женами любовью занимаются, рождаемость подымают... Но если запретят рекламу – кирдык нашей «МКушке». И не только ей одной. Нет, надо Витюшу тормознуть, тут наш Гусь прав...
Я незаметно включил чипсер. Так, что там у Витуши в комме… Это неинтересно, это тоже, а вот это забавно. Витюша-то, оказывается, большой озорник! Эх, надо бы подобраться поближе, а то картинка нечеткая… Я кивнул Варьке – действуй. Та сорвалась с места, подлетела к Витюще, заверещала: «Я из «Московской корреспондентки», хочу задать вам один вопрос…» И стала на него грудями наседать. Витюша и рад бы ее оттолкнуть, да нельзя – все смотрят, интересно же! Морщился, но терпел. «Шкафы» покосились на Варьку, но ничего не сказали – сочли, что все нормально. Я же воспользоваться моментом и подобрался поближе. Сейчас, еще секундочку…
- У него чипсер! – раздалось над моим ухом. 
Я оглянулся – это был Майкл, нюьсер из конкурентной нам «Комса-коммерс», известной на всю столицу официозки и жополизки. Год назад я ловко обошел его с Лайдой, скандальной нашей поп-дивой. Сумел первым пробраться к ней в дом и раскрыть страшные тайны… Половину из которых я сам же и выдумал.  Майклу за это сильно влетело – его опередили. И он затаил на меня страшную обиду. И вот теперь отомстил.
Не то, чтобы чипсер был запрещен… Можно, но не всегда и не везде. А Витюша теперь у нас депутат, человек государственный, вот с ним и нельзя. За это могут и комм, и чипсер отобрать, да еще по морде лица дать...
Я не стал дожидаться, пока «шкафы» среагируют, рванулся к дверям. Бегать я умею... Однако уйти мне не дали – откуда ни возьмись, появился еще один «шкаф» и схватил меня за ворот рубахи. Ага, щаз! Зря, что ли, я на специальные курсы ходил? Мы все ваши приемчики знаем.
Я нырнул и перекатился, непрочно пришитый воротник (специально!) остался у «шкафа» в руках, а сам я вылетел в холл. Где тусовался народ, и это было хорошо - при всех бить меня не станут. У нас же демократическое государство, сам ВВ-Три сказал: бить журналиста при всех нельзя, можно только по решению суда – осудить и выпороть на Болотной площади, чтобы другим неповадно было. Десять ударов кнутом или пятьдесят розгами. Больно-то как!

0

6

Я кинулся в самую толпу, затаился, замер. Может, пронесет? Потом на полусогнутых пошел к выходу. Варьки в мобиле не было – очевидно, ее все же схватили. Но ничего, на нее компромата нет (не то, что на меня), бить ее не станут – не положено. А что полапают чуток, так это даже в удовольствие. Она мужиков любит, особенно брутальных... Я помню, как она млела, когда нас перед одной прессухой шмонали – поставили в известную позу и шарили во всех дырках. Я кряхтел и морщился, а она только постанывала – поглубже, пожалуйста. Вот извращенка-то! Хотя, с другой стороны...
Мобиль тронулся, и, пока маневрировал в плотном вечернем потоке, я смотрел, что удалось добыть. Впечатлило, даже очень. Среди многих Витюшиных знакомых я увидел знакомую физиономию г-на Мо-ева, министра природных ископаемых. Однако! Второй человек в правительстве, и его прочат в премьеры… Давно бы пора – Димон-то совсем дряхлый стал. Хоть и верный конь, но уже не пашет. А Мо-ев - молод, энергичен, и главное - друг Самого. По крайней мере, входит в его ближайший круг. Конечно, ничего особенного нет в том, что он в Витюшином компе – мало ли с общается наш депутат. Но, учитывая окружение…
И тут я задал себе один вопрос: сколько времени ты, друг любезный, проживешь, если этот материал попадет в Сеть? Неделю, две? Умирать же (например, от падения из окна) совсем не хотелось. Я не герой, прямо скажу, даже трусоват немного. И моя работа состоит не в том, чтобы бросаться грудью на амбразуру...
В общем, я подумал и набрал некий номер. Через пару секунд возникло сердитое лицо Сан Саныча, старшего майора госбеза. Видимо, я отвлек его от какого-то важного мероприятия, но ничего, потерпит, тут такое дело! К тому же, кроме него, обратиться мне было не к кому. Сколько раз уже Сан Саный меня выручал! Не просто так, конечно, требовал взамен кое-какую информацию. А что вы хотите? Не мы такие, жизнь такая…
- Ну? – строго спросил Сан Саныч. – Опять влип?
Я изложил суть дела, показал картинку с компа. Сан Саныч помолчал и задал один-единственный вопрос:
- У кого еще есть?
- Ни у кого, - честно признался я (врать – себе дороже), - только у самого Витюши…
- Жди, - приказал Сан Саныч и отключился.
Вот за что я уважаю госбезников – так это за конкретность. Ни слова лишнего, ни жеста, с полпинка все понимают. Теперь на Лубянке решалась мою судьбу. И не только моя, кстати…
Комм запищал вновь, появился Сан Саныч, еще более озабоченный.
- Доедешь до редакции, - приказал он, - из мобиля не выходи. К тебе подойдут. Отдашь им комм, чипсер и забудешь про все, что видел. Понял?
- Что непонятного? - кивнул я. – Только… Комм денег стоит, и чипсер тоже. Да и за работу мне тыщу юаней обещали.
- А сколько стоит твоя шкура? – прищурился Сан Саныч.
- Ладно-ладно, - примирительно произнес я, - шутка. Рад служить России!
- То-то, - снисходительно произнес Сан Саныч, - и помни - не болтай лишнего. В редакции скажешь, что напали бугаи из охранного управления, все отобрали. А для правдивости мои парни тебе пару фингалов поставят. Чтобы достовернее было...

0

7

Я поморщился – опять бить будут, но знал – это необходимо.
- А за наводку на Витюшу спасибо, - неожиданно смягчился Сан Саныч, - мы давно подозревали, что он лишнее пишет. Теперь отучим. Я тебе позже компенсацию выпишу, за комм и моральные страдания, останешься доволен.
- Слава России! – гаркнул я, вытягивая руку.
- России слава! - отсалютовал Сан Саныч. – Бывай.
И отключился.

Не буду описывать, как меня били, но следы на лице остались весьма заметные. В разодранной рубахе и с синяками на морде я ввалился в родную редакцию. И сразу направился в буфет – зализывать раны.
- Двести «Подьяческой», - сказал я Людочке и кинул на стойку юань.
Людочка внимательно посмотрела на меня и поставила всю бутылку. Правильно, чтобы два раза не ходить. Я сел за стол и начал наливаться.
Ко мне подходили – все уже знали о случившемся. Кто-то злорадно хихикал (добегался-таки!), другие сочувствовали. Последних было больше, что не могло не радовать. Через полчаса присоединилась Варенька – ее тоже отпустили. И даже не били.
Подошел и Стасик, посочувствовал, но сказал, что денег не будет – раз нет информации. Я махнул рукой – наплевать. Заглянул и Гусь – осмотрел меня и тихо прошипел: «Идиот! Такой материал мог забабахать! Бомба!»
Я даже не стал спрашивать, откуда он знает про содержимое Витюшиного комма, просто кивнул: да, идиот. Зато живой. И, возможно, не слишком много потерявший (если Сан Саныч сдержит слово и выпишет деньги). И по всякому лучше быть живым идиотом, чем мертвым умником.
Мы сидели с Варькой, пили «Подьяческую», пели какие-то песни. Я не помню, откуда они взялись в моей голове. Что-то про славное море, священный Байкал и ямщика, который замерзал в степи... Потом Варенька заботливо укрыла меня пледом, и я благодарно кивнул. Славный она все-таки человек…
За окном тихо шелестели листья, под боком сонно сопела Варенька, и мне было хорошо. Так закончился мой день. День идиота.

0